?

Log in

No account? Create an account
О бытовом национализме в Прибалтике - Самые обсуждаемые темы блогосферы [entries|archive|friends|userinfo]
Самые обсуждаемые темы

[ website | ТОП30 - рейтинг блогосферы ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Links
[Links:| ТОП30 - рейтинг блогосферы Разворачиватель комментариев ]

О бытовом национализме в Прибалтике [июл. 10, 2018|09:00 pm]
Самые обсуждаемые темы
[Tags|]



Изучая историю СССР я пришел к любопытному выводу. Речь идет о так называемых межнациональных противоречиях, о национализме в советских республиках. Так вот, я пришел к выводу что распространенная и устоявшаяся модель ситуации не совсем верна. Вернее сказать, совсем не верна и все поставлено с ног на голову.

Как само собой разумеющуюся вещь утверждают, что де именно массы населения в тех же прибалтийских странах были настроены антирусски/антисоветски, и им был присущ национализм. А партийные и государственные органы ничего с этим не могли поделать. То есть источником национализма была позиция масс и этот национализм был какой-то… генетический, что ли.

Так вот эта модель принципиально не верна. Национализм, как и любые идеологические представления, навязывается сверху. Господствующий класс /слой / квази-класс навязывает свое мировоззрение всему обществу, а вовсе не наоборот. Как правило это и не властью в целом, а те или иные группировки. Вспышка национализма, связанная с распадом СССР прямо была инициирована и навязана элитными группами, защищавшими свое право на воровство и утилизацию на месте от таких же воров и утилизаторов в Москве. Но куда более интересен вопрос, а откуда этот национализм брался во вполне советские времена, в эпоху «развитого национализма»?

Так вот можно выделить два, так сказать, «национализма». 1-й национализм, это национализм «бывших» - т.е. недавних буржуев, землевладельцев и иных именно классовых врагов. Именно с ними контактировали западные спецслужбы через эмигрантские круги. С ними велась активная борьба со стороны органов госбезопасности и довольно быстро, в первое 10-летие после войны он был разгромлен.

А вот 2-й национализм, национализм т.с. бытовой, инспирировался, как это на первый взгляд не удивительно, верхушкой местных партийных и властных органов. Причем надо заметить, что он возник и усилился уже в советскую эпоху, т.е. причины его лежат именно в советских реалиях.

Так что же это? Зачем и почему верхушке, как минимум прибалтийских республики (я так думаю, что и других республик, где это было возможно) был нужен национализм. Сразу хочу заметить, что когда я говорю о верхушке, я не имею в виду самых-самых. Пельше или Восса вряд ли можно заподозрить в провоцировании национализма. Речь скорее об аппарате, о довольно обширном круге властной бюрократии.

Дело в том, что в советской плановой системе была одна дыра, которая не ликвидировалась потому, что у нее было множество высокопоставленных интересантов. Я говорю о системе централизованного распределения фондов. В том, что распределение было централизованным, ничего плохого нет. Плохо было то, что оно не было и чисто плановым, каким должно было быть. Существенную роль играла воля властных лиц и способности получателей «договариваться» и «выбивать фонды».

Кстати сказать, во многом для этого было создано то, что сейчас называется «экономикой дефицита». Конечно, у нее были определенные выгоды. Речь об отдаче от капиталовложений. Складские остатки в СССР, т.е. произведенные, но не проданные товары, при всей ругани антисоветчиков на то, что товары плохие, были существенно ниже, чем в капиталистической системе. Поэтому продукция любого строящегося завода была востребована и реализовывалась без проблем, инвестиции быстро окупались, а фондоотдача была сравнительно высокой. Минусы тоже очевидны – дефицит на потребительском уровне раздражал население, распределение было усложнено, люди тратили на него много лишнего времени. Вторым, и куда более грозным минусом было создание так называемой «серой зоны». Конечно, большинство людей встречалось с ней форме мелкой коррупции в системе распределения (коррупции в широком смысле слова). Но куда опаснее была серая зона на уровне распределения фондов в промышленности и сельском хозяйстве на высоких уровнях управления. Возможность распределять, и решать, кому дать, а кому нет, казалось бы исключенная в плановой системе, появляется с дефицитом. Это власть, причем там, где вопросы решаются не мелким блатом и немецким гарнитуром, а выделением фондов на строительство заводов, электростанций и городов, - это громадная реальная власть. Поэтому не прошла реформа ОГАС, как, впрочем, и реформа Косыгина – Либермана. Последняя ведь тоже тормознулась, хотя ее ругают за все беды СССР. Ибо такую власть никто из рук не выпустит, не отдаст ни системе автоматического планирования, ни директорам заводов. По той же причине «экономика дефицита» не была ликвидирована, хотя сделать это было не сложно, как минимум связыванием денежной массы в потребительской сфере и изменением некоторых технологий планирования в рамках безналичного оборота.

Ну да ладно, мы сейчас о национализме речь ведем. Вот именно с вышеописанной ситуацией в распределении фондов и были связаны практики по «выбиванию» фондов. Мало было согласовать выделение фондов в правительстве и Госплане. Нужно было их еще и получить.

И вот тут одним из мощнейших аргументов в пользу того, чтобы дали именно им для руководства национальных республик был национализм. Причем для прибалтийских республик, позиционирующих себя как эдакий маленький Запад, это было наиболее удобно. Собственно говоря, это была форма шантажа союзного центра, где под националистические настроения выбивались дополнительные фонды, которые, де, должны помочь погасить эти самые настроения.

Возникает вопрос, а как же они провоцировались? Тут нужно заметить, что они не то, что бы специально провоцировались, но как минимум без осуждения и доброжелательно воспринимались. Что именно было изначально источником высокомерного прибалтийского национализма, не особенно важно. Скорее всего это тот самый национализм «бывших», причем подпитываемый из-за рубежа. Но распространился он в первую очередь благодаря благожелательному попустительству со стороны руководства республик.

Кстати сказать, тут нужно сказать об особенной роли в обществе художественной интеллигенции. В первую очередь всевозможных театральных деятелей, кинематографистов – режиссёров, актеров и других, певцов и танцоров, и многих других. Знаете ли вы, что актеров – мимов в древнем Риме причисляли к проституткам и проституткам? На них жениться нельзя было людям даже средних «сословий», не то, что нобилям. С утверждением христианства актеров хоронили за пределами церковных оград и все эти нормы и практики через Византию дошли до Российской империи. Суть в том, что актеров-мимов римляне полагали людьми не свободными, а зависимыми от зрителей. Рабами своего рода, причем рабами добровольными, призванными угождать покупателю, причем в недостойных по мнению римлян и позже христиан вещах. А покупателями этой услуг как всегда в истории классовых обществ являются представители господствующих кругов. Таким образом актеры всегда угождают власти – ибо только от них они кормятся. Конечно, всегда встречаются индивидуальные исключения, но на то они и исключения, а вот в массе вся эта тусовка как зеркало отражает реальные, а не декларируемые чаяния власть предержащих. Пускай в СССР было не классовое общество, но ведь все равно –именно власть могла повлиять, кому поехать на фестиваль, кому получить звание народного артиста и так далее – вплоть до того, какого певца чаще ставить петь по радио, а это отчисления и в общем немалые.

Причем уметь угадать желания зрителя, как я и говорил настоящие, а не декларируемые, это часть сущности хорошего артиста. Причем эти люди как правило тасуются, крутятся в среде власть предержащих. Они, благодаря своим навыкам развлекают компании, говорят красивые тосты, лопочут не переставая, но забавно, а не надоедливо. Не зря их и сейчас всяческие буржуи с удовольствие приглашают на свои празднества. Точно так же вся эта артистическая среда плотно общалась с власть предержащими в позднесоветские времена.

И они были своего рода зеркалом, которое отражало тайные, настоящие, а не формальные чаяния и представления элиты. То, что они часто казались со стороны фрондерами, и сейчас о них вспоминают как о борцах «против совка», говорит лишь о том, что в советской элитарной среде уже вызревали взгляды и позиции, которых с официальных трибун увидеть было нельзя. И поэтому рисковали они не многим и сегодняшнее восторженное описание смелых выступлений какого-нибудь актеришки, кропателя или певца ртом против «тотальной номенклатурной системы» на самом деле смешны. С Гомера, с неизвестных нам шумерских певцов, поющих о Гильгамеше, представители художественной интеллигенции жадно всматривались в лица, внимательно вслушивались в разговоры власть предержащих, знатных и богатых, стараясь угодить и понравиться. А затем транслировали найденное на все общество.

В общем, если обратиться к теории А. Грамши о Гегемонии, в рамках которой благожелательное согласие управляемых обеспечивается позицией интеллигенции, то я бы специально выделил художественную интеллигенцию, без особой роли которой механизм навязывания правящим классом своего мировоззрения обществу полностью не ясен.

Но мы отвлеклись. Остается только заметить, что подобного типа бытовой национализм вполне смыкался с общей для СССР интеллигентской фрондой – на этом и зиждились «народные фронты» последних лет СССР, когда странным образом в националистических движениях массово учувствовала интелигенция не коренного, так сказать происхождения (ее нельзя назвать именно русской, скорее русскоязычной, ибо там было всякой твари по паре). Но все же главным источником прибалтийского бытого национализма был интерес местных групп условной номенклатуры: квази-класса, о котором я часто пишу. Причем явление было прямо связано экономикой дефицита, само появление которой и ее воспроизводство было прямо обусловлено тем, что этот самый класс постепенно превращался в реакционную общественную группу и соответственно принялся тратить все большую долю общественных ресурсов на поддержку в неизменном состоянии существующей социальной системы со своим местом в ней. Экономика дефицита, собственно и была одним из инструментов – институтов, обеспечивающих сохранение власти в руках описанного квази-класса. Он породил частные интересы, то есть интересы, противостоящие общему в разных местах единой экономической системы. А появление частных интересов в экономической организации привело и к появлению соответствующей идеологической надстройке, выступающей в том числе и инструментом в реализации этих частных интересов. Появился национализм, роль которого позже, в момент торжества принципа господства частного интереса решительно выросла.


источник - smirnoff_v 
[0 ссылок 56 комментариев 3550 посещений]
читать полный текст со всеми комментариями
СсылкаОтветить

promo topbloger november 1, 2020 19:44 228
Buy for 30 tokens
Привет! В моем блоге автоматически топботом собираются все самые интересные темы блогосферы. Более полно посмотреть все интересные посты блогосферы вы можете на сайте t30p.ru. Узнать какие из ваших постов попадали в ТОП 30 можно на сайте topbloger.ru. Подписаться на чтение самых…

Comments:
(Удалённый комментарий)
[User Picture]From: europeoid
2018-07-10 10:35 pm
Я полагаю, фонды в Прибалтику выделялись Центром не под национализм прибалтов, а для русских составлявших значительную часть населения Прибалтики кроме Литвы.
Проблемой для республик были также более чем стотысячные диаспоры за границей. А у литовцев под миллион.
И самое главное отсутствие русского национализма как привлекательной идее для прибалтийских национал-патриотов. Центр поддерживал именно их. Как только Центр в Москве ослаб эти национал-патриоты были поглащены нациками прозападной ориентации.
(Ответить) (Thread)
[User Picture]From: europeoid
2018-07-10 11:06 pm
В общем восточные славяне, балты и финны имеют сходной расы - я их называю рутеноиды(русскоподобные), чтобы отличать от европейских европеоидов. Схожи эти русскоравнинные народы и по этно-психологическим свойствам. Спокойные, смирные и кроткие народы.
По западным расистским теориям все проходят как унтерменши. Но прибалты считаются самыми тупыми и пригодные для эксплуатации. А Запад умеет стравливать близкие народы между собой. Использовать одних варваров против других варваров как они считают.
Русские же считали прибалтов равными себе. К тому же русские коммунисты из вчерашних крестьян не имели опыта национальной дискриминации и сегрегации. Советы и не стали бы этого делать.
Но всё гораздо серьёзней, чем многим представляется.
Прозападные режимы в шести республиках экс-СССР(три славянские и три прибалтийские) пришедшие к власти при поддержки внешних сил своими руками создают условия для осуществления Европой всё тех планов - Ост или Лебенсраум.
Над восточными славянами и прибалтами нависает угроза "окончательного решения".
(Ответить) (Thread)