?

Log in

No account? Create an account
Памяти Алика Часть первая, реальная. Смерть всё же изрядный уравнитель, - Самые обсуждаемые темы блогосферы — ЖЖ [entries|archive|friends|userinfo]
Самые обсуждаемые темы

[ website | ТОП30 - рейтинг блогосферы ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Links
[Links:| ТОП30 - рейтинг блогосферы Разворачиватель комментариев ]

Памяти Алика Часть первая, реальная. Смерть всё же изрядный уравнитель, [янв. 17, 2019|05:40 pm]
Самые обсуждаемые темы
[Tags|]

Часть первая, реальная.

Смерть всё же изрядный уравнитель, - заставляет отстраниться и подумать без суеты, каким же был человек, ушедший в иной мир.

Я не знаком с семьёй Алика, слышал, что его сын - хороший математик, но в любом случае хотел бы начать с соболезнования им всем, а также друзьям, тем, кто его любил таким, каким он был. Примут, не примут, - их абсолютное право, а принести их - мой долг (см. ниже).

А теперь - мемория и дискуссия.

Мы с Аликом познакомились, когда преподавали математику в одной из московских матшкол, то ли в параллельных классах, то ли со сдвигом на год, точно не помню. Тому, кто не был знаком с этой системой, трудно понять, как это выглядело изнутри. Гениальный замысел Коли Константинова, родившийся, видимо, из опыта мат. кружков при МГУ, состоял в том, что уроки математики проходили в особом формате. Школьникам ничего не объясняли у доски, не было конкретных домашних заданий, контрольных работ и пр. Вместо этого им выдавались Листочки (с большой буквы, имя собственное) по темам, состоявшие из тщательно подобранных и упорядоченных задач. Школьник, правильно решивший все (или почти все) задачи, вполне мог считаться разобравшимся в теме Листочка. Существенна была именно самостоятельность: никаких бонусов за списывание всех решений у соседа не полагалось, кроме досрочной выдачи Листочка по следующей теме. И, разумеется, существенна была правильность решений. Собственно, функция преподавателя состояла именно в том, чтобы (после подбора задач) выслушать каждого школьника, погладить его по голове за правильное решение или указать на ошибку или пробел в неправильном или неполном решении. Урок распадался на беседы тет-а-тет, ученик, пойманный на вранье (никакой отрицательной коннотации в этом слове нет, это совершенно нейтральный математический термин, означающий недорешение, и никак не унижавший ученика) размышлял над тем, как залатать дырку и исправить неверный аргумент, а учитель тем временем переходил к разговору со следующим учеником.

Такая технология обучения была очень трудозатратная, и один учитель в классе заведомо не смог бы её реализовать. Тут-то и включался "константиновский механизм" самоподдержки. На помощь "штатному" учителю приходили вчерашние выпускники из школы (как правило, этой же, но была и некая кросс-миграция: помимо пресловутой 57-й, в Москве так работали, по крайней мере временами, Вторая, 179-я, 91-я, 7-я, 43-я, 52-я, - наверняка забыл какое-нибудь славное имя, помимо этого были и другие хорошие физматшколы, работавшие в рамках другой традиции, - 444-я, 18-й Интернат и т.д.). Эти добровольные антинародные дружинники были совершеннейшими волонтёрами, - ни копейки денег они не получали, но посвящали своё время преподаванию едва ли не в большей мере, чем учебе в своих институтах/университетах. Было их в среднем 3-4 на класс (плюс к штатному учителю). Из этой прослойки вышли потом замечательные учителя, - но тут уж я точно воздержусь от перечисления имен, особенно учитывая, что многие из них читают эти строки.

Отдельный плюс такой системы, помимо неограниченной энергии, исходящей и 19-20-летних "педагогов", состоял в стирании граней между городом и деревней учителем и учеником. В СССР была прусская система: учитель - бог, ученик должен смиренно сидеть и слушать. Если учитель задаёт вопрос, надо было поднимать руку только тогда, когда ты знаешь правильный ответ (из учебника), и раскрывать рот можно было только тогда, когда учитель разрешит. Очевидно, что кружковская/константиновская система не смогла бы работать в рамках такой парадигмы: ученик сам должен додуматься до правильного решения, ему трудно быть уверенным, что нет пробелов. Поэтому одной из центральных задач "учителей" (и штатных, и внештатных) состояла в раскрепощении школьников. Ты от меня отличаешься тем, что я знаю больше, а ты - пока - меньше, но ты имеешь те же права и возможности высказать своё решение (мнение, суждение) вслух, и в случае конфликта один из нас должен убедить другого в своей правоте. Редкие случаи разговоров у доски были именно по поводу таких "недорешений", когда учитель должен был продемонстрировать присяжным (классу), почему он не соглашается засчитать то или иное решение.

Это, так сказать, бэкграунд. На практике стирание граней между учениками и учителями было не всегда простым процессом. Ограничусь двумя примерами из личной практики.

Свеженабранный мат. класс отправляется "сплочаться" в лес. С военно-тактической точки зрения миссия несложна: есть 35 школьников, из них примерно 15-20 готовы отправиться в подмосковный лес, поставить там палатки, посидеть у костра, попеть песни. У некоторых из них есть родительская снаряга (палатки, каны для готовки, топоры, коврики, полиэтилен и т.д.). Надо убедиться в том, что хватит на всех, после чего распределить, кто что берёт (кто покупает сахар, кто тушёнку и гречку на ужин, кто овсянку и сгущенку на завтрак). Гитары, как правило,"учителя" приносили свои (извините, уж какие были. Ходовым вариантом была семирублёвая шиховская гитара за 7 рублей, отдельные пижоны владели "испанией" за 35 руб). Встречаемся на Киевском вокзале в субботу в 14:00, два часа едем, потом ещё три часа идём, ручей с чистой водой будет.

К семи часам вечера цель достигнута. Одна девочка провалилась было в яму в болоте по дороге, но всё обошлось (у другой девочки нашлись сухие кеды того же размера). Два алкаша у местного сельпо попытались завязать знакомство с теми тремя девочками, которые рискнули пойти в поход, но грубая риторика учителей свела контакт с аборигенами к минимуму. Худшее было впереди.

Мальчики начали рубить дрова. Каждый удар топора мог закончиться прорубленной ногой, в сапоге или нет. До этого он мог закончиться ударом обухом по голове другого мальчика, который стоял сзади и объяснял, как надо рубить. В идеальном случае, когда палатки уже успели поставить, учителям вменялось в обязанность поваляться в квадрате и убедиться, что какой-нибудь едрён корень, торчащий из земли, или случайный булыжник не обеспокоит сон детишек (ой, бессонные детишки - что может быть хуже). Тем временем мальчики развели костёр и, раскрепостившись, начали бегать по поляне друг за другом с горящими ветками лапника в руках. Вы знаете, за сколько секунд сгорает палатка? В общем, пришлось отбросить в сторону сантименты и закрепостить их обратно громким криком и подзатыльником.

Второй пример состоял в культивировании Маразма (тоже с большой буквы, тоже имя собственное). Был целый жанр песен, кричалок, городских легенд совершенно абсурдистского содержания, который безумно нравился этим умненьким детишкам. Они мгновенно выучивали какую-нибудь глупость типа этой или этой и орали их во все свои лужёные глотки и вокруг костра, и в электричке, и под гитару, и а капелла. Песнями дело не ограничивалось: в народной среде рождались разного рода конспиративные теории, например, что Коля Константинов имеет сатанинскую природу. Чтобы подтвердить эту теорию публичным экспериментом, один малолетний энтузиаст тащил из дома в рюкзаке в лес автомобильный аккумулятор (от тогдашних "Жигулей", весом в пару десятков килограммов), имея в виду извлечь искру в нужный момент. Этот Маразм в большинстве случаев был совершенно безвредным и наоборот, в умеренных дозах способствовал вожделенному раскрепощению, поэтому не то, чтоб поощрялся педагогами, но и не особенно пресекался.

Но, как известно, в природе нет нейтральных равновесий, и предоставленные сами себе, процессы либо затухают, либо идут вразнос. Предоставленные сами себе, матшкольники очень быстро погружались в пучины Маразма настолько, что становилось невозможно заниматься с ними делом. Представьте себе, что вместо решения задачи гогочущий подросток начинает нести какую-то ахинею, которая ему и окружающим кажется смешной. Мгновенно в действо втягивается полкласса, урок пошёл в жопу. Единственный способ борьбы с такой неконтролируемой цепной реакцией был высмеять инициатора, так, чтобы глупость его "шутки" немедленно была ясна всем и процесс остановился бы сразу. Но хорошо, если это матшкольник. А если это педагог, зашедший в класс помочь принять задачи? (такое практиковалось). В общем, в некоторый момент я стал прикрывать "своих" от общения с Аликом. Слишком заразительным был поток Маразма, исходивший от него.

При этом, несомненно, мы с ним были коллегами, делали общее дело и не имели принципиальных разногласий относительно того, как и чему учить. Мы оба презирали и ненавидели советскую власть за её ханжество, повсеместную ложь, мелкие (и не очень) гадости, которые она делала (слово "ненавидели", может, слишком сильное, жить она как-то давала). В матшколах это ощущалось особенно сильно: во-первых, из-за антисемитизма на вступительных экзаменах в МГУ и Физтех, лучшие места, где можно тогда было выучить математику и физику. Во-вторых, Софья Власьевна подозревала не без оснований, что все эти матшколы - рассадник антисоветчины, и что надо их (нас, то есть) гнобить всеми способами. Это было не очень просто сделать, поскольку официального статуса вся константиновская система почти не имела, держалась на том что директора школ закрывали глаза на тот балаган, который творился на уроках, и претензии вывалить можно было только за "криминальные поступки", - скажем, если бы отряд ДНД заловил каких-нибудь старшеклассников на еврейский праздник у синагоги. Поэтому действовало неписанное соглашение, - держать детей подальше от всего того, что можно было бы инкриминировать школе, штатным учителям, директорам. Но это было легче сказать, чем сделать: пресловутый Маразм сплошь да рядом выливался в какую-то детскую антисоветчину, глупую и бессмысленную, а вправлять мозги в такой ситуации было непросто: ну как ругать подростков за то, что они думают то же, что и ты, просто не понимают, когда надо держать язык за зубами. В этом месте мы с Аликом тоже вели себя по-разному, он позволял себе то, чего я бы не стал делать/говорить. Опять же, я руководствовался принципом - доходи до всего сам, не пользуйся готовыми (моими) ответами. Чтобы не возникло иллюзии, что матшколы были курсами подготовки диссидентов и карбонариев, - среди моих учеников был один, который стал потом секретарём комсомола мехмата МГУ. Ну что ж, он своим умом додумался до другого решения, чай, - жизнь сложнее математики (и подобный случай был далеко не единственный, увы).

Потом нас с Аликом жизнь развела: я закончил мехмат, женился на своей бывшей ученице, у нас родились двое детей, надо было писать диссертацию, и времени на преподавание не оставалось: разве что раз в год выбраться в лес с бывшими учениками (некоторые сами стали преподавать в школе), поговорить, как со взрослыми уже людьми... Дальнейшее общение с Аликом возобновилось после очень длительного перерыва, около 20 лет, и уже на просторах интернета, в сравнительно юном тогда ЖЖ. Но это уже по логическим и техническим причинам - повод для отдельного поста.

♣ Когда вы не сможете прочесть эту надпись здесь, вы сможете всегда её прочесть тут. Комментируйте где хотите, на Дриме уже comment count unavailable таких осторожных комментаторов набралось.

А Оккам... да хрен с ним, с Оккамом!



источник - xaxam 
[1 ссылок 61 комментариев 2000 посещений]
читать полный текст со всеми комментариями
СсылкаОтветить

promo topbloger november 1, 2020 19:44 232
Buy for 40 tokens
Привет! В моем блоге автоматически топботом собираются все самые интересные темы блогосферы. Более полно посмотреть все интересные посты блогосферы вы можете на сайте t30p.ru. Узнать какие из ваших постов попадали в ТОП 30 можно на сайте topbloger.ru. Подписаться на чтение самых…